Вадим МЕЛЕШКО. Клиповое мышление в восприятии вузовских преподавателей
Фото автора
Одна из проблем, с которой в последние десятилетия приходится сталкиваться педагогам, – так называемое «клиповое мышление» их учеников и студентов. Если исходить из определения, данного в различных источниках, такой тип мышления характеризуется тем, что человек воспринимает информацию не целиком, а яркими фрагментами и образами, он не способен долго концентрироваться на чём-то одном и постоянно переключает внимание с одного на другое. Поэтому ему сложно читать длинные тексты, смотреть длинные фильмы и долго слушать музыку.
Название явления отсылает нас к такой форме современного искусства как видеоклип, то есть непродолжительной по времени художественно составленной последовательности кадров. С той лишь разницей, что в нашем случае последовательность эта может возникать хаотично и без какого-либо стратегического режиссёрского замысла – просто потому, что «мне в голову вдруг пришла другая мысль и теперь я её думаю».
Учить таких студентов довольно сложно, давать им задание из разряда «к следующему занятию прочтите параграфы 7-12» бесперспективно, а заставлять прочесть толстенный роман – убийственно, всё равно они этого не сделают. Но… Учитывая то, что обладатели клипового мышления представляют целое поколение, то есть количество их огромно, надо что-то с этим делать и как-то с ними взаимодействовать. И уж коль скоро, перефразируя знакомые всем слова, «других студентов у меня для вас нет», приходится учить тех, которые есть.
Именно поэтому мы решили спросить преподавателей разных вузов, что они думают по этому поводу, насколько остро воспринимают эту проблему и как её решают.
Пазл складывается в картину
Виктория Валерьевна БАТКОЛИНА, директор Института психологии и педагогики Российского нового университета
– Последние годы я занимаюсь в основном административной работой, но преподавала порядка 20 лет, поэтому об этой проблеме знаю не понаслышке. Тем более что появилась она не вчера.
Как и везде, тут есть и плюсы, и минусы. Невозможность воспринимать большие объёмы информации – это, конечно же, негативный момент. Просто потому, что весь процесс обучения на протяжении всего периода пребывания студентов в стенах университета сводится именно к усвоению большого количества информации, без этого мы никак не сможем подготовить грамотного и квалифицированного специалиста.
Конечно, тут же можно сказать – а что мешает этот массив разбить на множество мелких «массивчиков», чтобы каждый из них изучать в отдельности? На самом деле, студенты именно так и поступают, а преподаватели, учитывая их особенности, стараются давать всего понемножку, клипово. Однако вот тут кроется вторая проблема, не менее серьёзная – поверхностное восприятие информации. Ведь если тебе какую-то серьёзную и сложную тему изложили в полном объёме и ты её не сумел переварить, можно попробовать осилить её по кусочкам, но каждый этот фрагмент будет похож на что-то мимолётное, а вероятность того, что потом весь этот пазл сложится в единую картину, довольно мала. То есть системного и комплексного восприятия не получается. Студент может хорошо усвоить какой-то кусочек – например, ему особенно запомнилась биография, но, как правило, на уровне эмоций, без чёткой структуры – когда и где родился, где учился, где работал, кто из других видных деятелей оказал на него наибольшее влияние, в чём оно выражается и пр.
Если же всё-таки исходить именно из того, что современные студенты иначе как клипово мыслить не могут, не умеют, не обучены, то пытаться дать им сразу много всего и требовать, чтобы они всё это усвоили, – затея бесперспективная. Всё равно мы вынуждены исходить из реального положения дел, и излагать тему так, чтобы её поняло большинство учащихся. То есть всё-таки использовать те же самые принципы подачи материала, на которое клиповое мышление легло бы наиболее благоприятно. Да, тема всё равно будет большой, но если даже поделить её на маленькие главки, чтобы легче было усвоить, надо потом несколько раз повторить это, связав с другими главками, и потом снова и снова закреплять в сознании, чтобы создать системную картину.
Есть ещё один подход. Как известно, любой сложный и большой текст можно сократить, сохранив его смысл и суть. А потом ещё сократить, и ещё. В итоге получатся тезисы, по которым, в принципе, человек может понять, о чём речь и что хотел сказать автор. Суть конспектирования как раз в том и заключается – не переписывать слово в слово всё, что сказал лектор, а изложить его самые важные мысли. По сути, это тоже в каком-то смысле клип, особенно если разбавить текст рисунками, схемами и таблицами. Но нужно тогда учить и другому – как затем превращать краткий вариант в большой, развёрнутый, с уточнениями и пояснениями. И это тоже задача преподавателей.
Что же касается плюсов, то клиповое мышление – это своего рода защитная реакция на огромный и всё возрастающий поток информации, который льётся на наших детей отовсюду. Согласитесь, во времена нашего детства и юности такого не было, мы росли, когда в школах было по одному учебнику каждого предмета, а в телевизоре было всего 4 канала. Газет и журналов, правда, выходило много, но было всего несколько центральных, несущих официальную информацию, и все остальные, в которых не было никаких шатаний из стороны в сторону. А потом произошёл информационный взрыв, и теперь из каждого угла можно увидеть и услышать огромное количество самых разных точек зрения, информация очень часто противоречит друг другу, диссонирует, вгоняет в ступор, непонятно, где правда и где ложь. Вот как раз клиповое мышление помогает сохранить нашу психику, потому что предполагает вычленение из этого громадного массива лишь небольших порций информации, в каком-то законченном варианте, «в картинке с подписью». Так проще жить, фильтровать негатив, не давая ему застаиваться в сознании, и позволяя создать хоть какую-то более-менее устойчивую опору под собой.
Надо ли что-то менять в образовательном процессе, подстраивая его под новое поколение студентов, или нужно, наоборот, пытаться их подстроить под требования вуза? Надо ли переписывать учебники, в соответствии с новыми веяниями, делая их более «клиповыми»? Нужно ли обучать преподавателей общению и обращению с такими студентами, или же при приёме на работу отдавать предпочтение тем, кто лучше их понимает и умеет с ними работать?
Ответы на все эти вопросы мы постоянно ищем. Могу сказать, что лично мне очень нравятся преподаватели «новой волны», потому что у них как раз со студентами полное взаимопонимание. На кафедрах нашего института много молодых педагогов, и студенты от них в восторге. Те и другие относятся к поколению «цифровых аборигенов», поэтому пользуются электронными ресурсами и цифровыми технологиями гораздо эффективнее, чем мы, выросшие в СССР. И клиповое мышление для них – не проблема, а неотъемлемая часть жизни.
А если преподаватель вырос в этой реальности и стал тем, кто он есть, значит, он сумел свою собственную «клиповость» если не побороть, то научиться использовать её для получения полноценного образования, обучения в аспирантуре, защиты диссертации и пр. С него можно брать пример!
Хотя, конечно, делать глобальные выводы о том, «правильно ли мы воспитываем и обучаем современную молодёжь», можно будет лишь спустя 10-15 лет, то есть когда пройдёт какое-то время и станет ясно, что дало это поколение стране и миру.
Слишком много информации… бывает
Данил ПАРАНИН, аспирант Казанского федерального университета Институт филологии и межкультурной коммуникации, кафедра экспериментальной и прикладной лингвистики, направление «Междисциплинарные исследования языка»
– Я, как типичный представитель чего-то среднего между поколениями Z и Y, определённо могу сказать, что сам стал приверженцем клипового мышления (КМ), правда, не с самого детства, как это сейчас характерно для многих школьников и студентов. Важно понимать, что, безусловно, одной из причин появления КМ, как отмечают многие, стала когнитивная защита от чрезмерного информационного потока из всевозможных каналов. Но и сама среда, в которой мы были воспитаны, беспощадно подталкивала нас к этому.
Наше поколение ЕГЭ было заточено на экстренное вызубривание огромного объёма материала, где важнее было попасть в «ключи», а не высказать собственное мнение. А сейчас и вовсе на рынке труда гораздо выше ценится универсальный человек, который знает всего понемногу, нежели один узконаправленный специалист (особенно в гуманитарной, а не технической сфере). Стоит также учитывать скорость появления и распространения информации, при которой день без гаджета уже считается «детоксом».
Возникает справедливый вопрос: как успеть усвоить весь материал на нестыдном уровне – для сдачи экзаменов и обеспечения будущего (потому что заводы уже не в моде), оставаясь в информационном поле, как быть мульти-специалистом и при этом просто не сойти с ума? Клиповое мышление не является ни дефектом, ни достоинством само по себе. Это инструмент когнитивной защиты и способ психологической адаптации, нейтральный механизм. И проблема сегодня заключается не в борьбе с ним, а в умении работать с его ограничениями и возможностями.
В контексте образования, безусловно, поднимается проблема общего языка между преподавателем и студентом. Но только ли дело в самих студентах? За 11 лет школы и 6 лет университета встречались педагоги, которые монотонно, не отрываясь от листа, зачитывали свои конспекты под диктовку. Но были и те, кто буквально «прыгал» перед студентами, пытался вдохновить материалом, смотря в глаза. Встречались люди, использующие презентации с одним двадцатиминутным слайдом сплошного текста, и энтузиасты, проводившие интерактивные занятия – с обсуждениями и заданиями на размышление. В такой ситуации, думаю, удержать внимание и переварить информацию было бы тяжело не только современным студентам. Вопрос здесь не только в поколениях и их клиповости, как таковой, но и в самом материале и способах его подачи.
Недавнее исследование ЭКОПСИ «Почему “теория поколений” не работает» показывает: проблема не в бумерах, миллениалах или зумерах, а в возрасте. Молодёжь – она и 30 лет назад была молодёжью, и в Африке остаётся молодёжью, просто все растут в разных условиях и с разными ценностями. Стоит ли современному подростку насильно прививать нравственность через романы Достоевского? А может, пусть он лучше на комиксах с картинками поймёт разницу между хорошим и плохим? Во втором случае у ребёнка хотя бы сохранится любовь и привычка к чтению, а вот после принудительного разбора в 15 лет архетипа Раскольникова – вряд ли.
Будь, к примеру, у современных бумеров в детстве смартфоны или свободный доступ к Интернету, не возник бы феномен клипового мышления раньше? Мы этого уже не узнаем, потому что история не терпит сослагательного наклонения. Современный студент или ученик – другой: более гибкий в одних вопросах, быстрый; местами не умеющий ясно выражать мысли; местами эмпатичный и эмоциональный; многозадачный и склонный к распылению; энергично схватывающий междисциплинарные вещи, но не всегда углубляющийся в узкие области.
Главное – он просто «не такой», но с ценностями и мышлением, характерными для своего возраста. И очевидно, что ответственность за воспитание и передачу этих ценностей лежит на старшем поколении, ведь они уже были молодыми студентами, а мы ещё не были взрослыми.
Новые времена – новые подходы
Александра РАССАДИНА, проректор по воспитательной работе и молодежной политике, заведующая кафедрой телерадиожурналистики Института кино и телевидения (ГИТР).
– При формировании живого интереса к историческому наследию у молодежи педагогу очень важно выбрать правильную форму подачи материала. Эпоха клипового мышления требует визуализации контента. Написанный текст, даже с яркими и запоминающимися историческими фактами, воспринимается как знания, которые нужно запомнить, а не как интересная история, которая имеет «вирусный эффект», то есть публикуется добровольно пользователями Интернета на своих ресурсах, а также посредством использования функции «поделиться с другом».
Современные тенденции клипового мышления требуют доносить информацию до активной аудитории в доступном и удобном видеоформате. Разным возрастным группам свойственен свой контент. Мы являемся свидетелями небывалой трансформации эстетической реальности, испытывающей колоссальное воздействие прогресса в информационно-технологической сфере. С одной стороны форматы становятся удобными и все делается в угоду аудитории, с другой – разрабатываются все более совершенные технологические манипуляции. Информационная атака ведется ежесекундно, но из-за скорости доведения контента и масштабов его потребления, она становится мощным и чрезвычайно опасным оружием. Противодействовать этому процессу можно только поставив его на позитивные рельсы. Решение проблемы видится на путях комплексного образовательного и духовного развития молодежи.
К какой культуре идет человек?
Андрей Наумович ИОФФЕ, доктор педагогических наук, заведующий лаборатории развития личностного потенциала в образовании Московского городского педагогического университета.
– «Клиповая культура» и «клиповое мышление» были популярными феноменами середины и конца 20 века. Связано это было с превращением информации в по-настоящему массовую, с появлением телевизора в каждом доме (а это произошло по историческим меркам совсем недавно). В СССР и затем в России мозаичности также способствовало падение, казалось бы, железобетонной коммунистической идеологии, оказавшейся в итоге довольно хрупким стеклянным или глиняным кувшином. Разлетевшиеся осколки больно ранили и оставляли порезы. Но никуда не исчезли – тоже встроились в мозаику, гибко реагируя на происходящее.
Таким образом, клиповое мышление вполне можно связать с гибкостью, которую сегодня в образовании называют soft skills, хотя переводят нередко как «мягкие навыки». Мне это представляется неточным, ибо навык – действие, доведенное до автоматизма, а мягкость ни о чем не говорит, кроме отсутствия сопротивляемости и устойчивой формы. В любом случае, речь идет об отрывочности и фрагментарности мышления без стремления к созданию единой и целостной картины. Но это, скорее, не поколенческая особенность, а характеристика того или иного исторического отрезка. Прохождение человечеством эпохи беспрерывных перемен, без определенности и четких ориентиров накладывает значительный отпечаток на видение мира. И на мышление.
Но в последние годы появился вызов, скорее, не клиповости, а самому мышлению. Для некоторых появление искусственного интеллекта стало сигналом, что можно безболезненно отказаться от естественного, не думать и «не париться», «не заморачиваться», «не брать в голову». Нет понимания, что искусственный интеллект может быть не основным, а только дополняющим, к нему исходно требуется наличие базового естественного интеллекта.
Поэтому я бы сегодня говорил не о клиповом мышлении, а о «здесисейчасной» практике реагирования на происходящее, отсутствии и даже боязни любой системности, нежелании думать на два-три или всего на шаг вперед. Поэтому в образовании заметно не только неумение определиться со своими жизненными интересами (например, с желаемой профессией и работой, которую хочется получить), но и сознательное отодвигание от себя любого ответственного решения. Решения заменяются пробами, выбор делается сиюминутный и игровой, в надежде на то, что потом будет «новая жизнь» (по принципу компьютерной игры), и всё вернется на исходные позиции, а попыток можно предпринять бесконечное множество. Вот такой подход заметен у молодого поколения. Но и взрослые ему начинают быть подвержены.
Остается ли что-то стабильное и устойчивое? Конечно. Стремление подняться на социальную вершину и быть богатым (к сожалению, все реже это ассоциируется с духовным миром). А разве погоня за рейтингами и бесконечное выстраивание иерархических лестниц на разных образовательных уровнях не является частью этой общей тенденции? Она не нова. Меняются декорации, появляются другие «гаджеты», но природа человека принципиально не сильно меняется. В этом можно согласиться с рассуждениями о москвичах в «Мастере и Маргарите» Михаила Булгакова – только периодически возникающие внешние вопросы портят картину. Вот сейчас это виртуальный мир, клиповость, искусственный интеллект и всякое подобное.
А что будет завтра – мы не знаем! Поэтому предлагаю спокойно относиться к «клиповому» мышлению наших учеников и студентов, молодых и не очень молодых педагогов. Главное, чтобы это мышление было и не размывалось. А уж найти способы учебного использования – дело техники и профессионального творчества. Было бы любопытство к миру и неуспокоенность, стремления хотя бы к какому-то познанию и развитию – значит и образование останется ценностью, хотя периодически и скрытой от самого человека!
Подвёрстка
Термин «клиповая культура» был предложен американским философом и социологом Элвином Тоффлером, который понимал под этим словосочетанием культуру развитых стран, определяемую господством свойственного для средств массовой коммуникации способа представления и восприятия информации. Это связано, в первую очередь, с мозаичностью и фрагментарностью образа, его яркостью и кратковременностью, быстрой сменой другими образами, а также алогичностью, разрозненностью, отрывочностью информации, растворением её целостных моделей.
В России более распространены термины «клиповое мышление» и «клиповое сознание», которые ввёл на обиход философ Фёдор Гиренок. В его понимании это «мышление, реагирующее только на удар». То есть речь идёт о восприятии информации посредством воздействия на сознание человека отрывочных сюжетов, ярких образов, постоянно меняющихся картинок и пр.
