Михаил РУДКОВСКИЙ. Бессмертный полк

Ликует столица,

ликует Россия,

прекрасные лица,

колонны стихия.

 

Портреты повыше,

поклон от потомков,

бессмертие Ваше

в шинелях, котомках.

 

Идут поколенья

с улыбкой и болью,

в эти мгновенья

сердца плачут кровью.

 

А в душах молитвы

звучат, словно клятвы,

лезвие бритвы

бескровное – свято.

 

Бурлит уплотняясь,

людская стремнина,

на совесть равняясь,

по-русски былинно.

 

Ничто не забыто,

забвению – вето,

навечно открыты

вы миру и свету.

 

Утро. После ночного дождя солнечное, тёплое и приветливое. Город празднично чистый и нарядный. Куда-то исчезла привычная московская суета. Люди улыбчивы и спокойны. В воздухе струится торжественность и ожидание. Я невольно волнуюсь, так как впервые встречаю праздник всей планеты в Москве, праздник торжества света над тьмой, праздник Победы в Великой Отечественной войне.

Весеннее утро растеклось по улицам и проспектам столицы, наполняя сердца людей особым чувством радости и гордости, которое испытывают 9 Мая сотни миллионов россиян и жители других государств. Златоглавая в предчувствии народного шествия – Бессмертного полка. Мне выпало щемящее счастье пройти по улицам столицы с портретом папиного брата, защитника Сталинграда, гвардии сержанта Игоря Александровича Рудковского, закончившего войну в Берлине. На него бабушка получила три похоронки, а он вернулся жив и здоров, поражая наше мальчишечье воображение солдатскими наградами. Душа, кажется, готова вспорхнуть в поднебесье от переполняющих её чувств. Я только что отметил пятидесятилетие сына, а теперь с ним пойдём на всепланетарный праздник. Место сбора у метро «Динамо».

Мы пришли пораньше, но уже собралось много народа. Большинство занято сборкой транспарантов-портретов. Никаких организаторов не видно, но постепенно проявляется направление движения, начинает формироваться колонна, в которую мы и влились. Возникают крики «Ура-а-а», запевают «Катюшу». Звучат песни, посвящённые войне. Невольно начинаешь подпевать, вначале тихо, шёпотом, потом всё громче и громче. Немного впереди катятся инвалиды-колясочники с портретами, прикреплёнными к спинкам своего транспорта. Колонна быстро растёт, уплотняется. Идём по Тверской-Ямской улице. Иногда прямо в людском потоке попадаются мелкие бизнесмены, торгующие зелёными пилотками и георгиевскими ленточками со звёздочкой. Многие с удовольствием покупают, а я смотрю на это с противоречивыми мыслями. С одной стороны, хорошо, удобно, люди довольные, а с другой – к святому протянулись руки наживы.

Стараюсь думать о светлом и тут же нахожу поддержку – волонтёры бесплатно раздают пилотки и бутылочки с водой в дополнение к тем, что раздают на фиксированных пунктах. Ко мне подошла незнакомая женщина, подарила гвоздички и поздравила с праздником. Вероятно, моя седина и гражданские медали сделали меня похожим на фронтовика. Я – дитя войны, родившееся ровно за год до её начала, а настоящих участников становится всё меньше и меньше и они, естественно, по состоянию здоровья уже не могут встать в строй Бессмертного полка. Вышли на Тверскую улицу. Периодически встречаем музыкальные группы: женский духовой октет, мужской квартет баянистов, небольшой оркестр народных инструментов, солист балалаечник. Играют, поют, веселятся. Народ подхватывает песню и несёт её дальше.

Шествие сопровождают многочисленные объективы стационарных и передвижных камер. На громадных экранах видим людское море с пёстрыми чайками квадратиков-портретов наших героев-фронтовиков, благодаря которым мы живём в свободной стране, растим детей и радуемся солнцу. Многие стараются помахать руками, флажком, чтобы увидеть себя на экране, но разве увидишь капельку в мощном потоке. Над нами кружит вертолёт, вероятно, тоже передаёт картину людской благодарности, ведёт репортаж о святой памяти. Встретился пункт питания. Солдаты бесплатно кормят всех желающих солдатской кашей и угощают горячим чаем. С удовольствием подкрепились. Всё организовано так, что почти нет очередей. Из боковых улочек вливаются в общий поток дополнительные колонны, уплотняя основную. Постоянно в разных местах возникают песни, иногда начинают скандировать «Россия, Россия»! Индивидуальные, изредка коллективные портреты на шестах-держалках, попадаются самодельные, иногда просто картонки с дорогой фотографией.

Я всматриваюсь в лица и не устаю восхищаться каким-то удивительным внутренним светом, горящим в глазах людей, несущих эти транспаранты. Идут пожилые, взрослые, дети. Они-то запомнят этот день на всю жизнь и дальше понесут память о героических делах дедов, прадедов.

Дошли до санитарного пункта. Биотуалеты. В стороне от движения. Никакой очереди. Вдруг что-то затормозилось, почти остановились. Оказалось, что впереди растянули огромное знамя какой-то прославленной дивизии. Запели «…у незнакомого посёлка, на безымянной высоте…» и двинулись дальше. Неожиданно возник многоголосый лозунг «Одесса – прекрасный город», вероятно, приехавшие или бывшие одесситы решили напомнить о себе. Ну что же. Согласен! Прекрасный город, только жаль, во что его превратили украинские не люди. Идём по Тверской. Постепенно подкрадывается усталость, но я дал себе слово, во что бы то ни стало дойти до конца. Уже видна Спасская башня, значит скоро Красная площадь.

Неожиданно потемнело и налетел холодный шквалистый ветер, а начали движение мы при плюс 25. Все в летних рубашках, кофточках. Заморосило, и вскоре начался сильный дождь с градом. Вначале люди пытались как-то прикрыться от дождя, но быстро убедившись в бесполезности этого занятия, раскрепостились, запели «Катюшу» и веселей зашагали вперёд. Ни один человек не вышел из колонны, чтобы спрятаться от непогоды. Всех охватил необыкновенный душевный подъём. Над людским потоком грохнуло «Россия, Россия, Россия»! Идём по щиколотки в воде, не обращая внимания на такую мелочь. Все уже промокли до ниточки. На площади, взявшись за руки, стоят улыбчатые волонтёры, похожие на ангелов в белых костюмах и прозрачных плащах-дождевиках. Это 16–17-летние мальчишки и девчонки, которые протягивают ладони навстречу идущим, чтобы соприкоснуться с ними и передать свою частицу поздравления. Периодически скандируют: «Поздравляем, поздравляем». Создав несколько коридоров, они разделили колонну на потоки, направляя их к ближайшей станции метро. А дождь продолжается, иногда стихая до моросящего. Мокро, холодно, но как-то озорно и игриво. Невольно возникала мысль о том, что солдатам приходилось переносить и холод, и голод, и дождь, и снег. Мы-то придём в тёплые квартиры, а их ждали атаки навстречу пуле, а может быть и смерти. Так что грех нам жаловаться. Вот уже и Минин с Пожарским молча благословили каждого из нас на свой гражданский поступок.

На протяжении всего пути нас сопровождали люди, стоящие у стен домов, на балконах с портретами родных людей, по каким-то причинам не присоединившиеся к основной колонне, но душой и сердцем они были с нами. Один раз, недалеко от начала движения, нас встретили полицейские с проверкой. Стояло несколько рамок – металлоискателей. Было странно это видеть. Появись злоумышленник, никакая проверка не смогла бы его остановить. Это искать иглу в стоге сена. Кто-то поставил очередную галочку о выполнении задания. Грустно. Даже в такой день не обошлось без формализма.

В течение всего маршрута сын снимал видео и делал снимки на память об этом необыкновенном дне. У него был шагомер, который показал, что мы прошли с Бессмертным полком 16 000 шагов. Каждый шаг этого пути до конца дней моих останется в памяти и всегда будет согревать мне душу. Вечером стоя я принял фронтовые сто грамм за всех фронтовиков живых и мёртвых, известных и пропавших без вести, за процветание нашей Родины России.

Источник: Газета «Танкоград», г. Челябинск, главный редактор Сергей Алабжин

Tags: 
Project: 
Год выпуска: 
2024
Выпуск: 
5