Татьяна НИКОЛЬСКАЯ. «Улыбаясь, глядит Анхелита»: ленинградские поэты об испанских детях

Иллюстрации предоставлены автором

В 2026 году исполняется 90 лет с момента начала гражданской войны в Испании. Её история нередко присутствует в произведениях советской литературы и кино, посвящённых эпохе 1930-х гг. Персонажи сопереживают республиканцам, бурно обсуждают вести с фронтов, жертвуют на помощь Испании свои заработки, как, например, герои картины «Любовь земная» («Мосфильм», 1974), а то и сами отправляются туда в качестве военных специалистов – подобно лётчику Уфимцеву из фильма «Добровольцы» (Московская киностудия им. М. Горького, 1958). В наши дни появились и научные работы о поддержке Советским Союзом республиканской Испании – например, монография С. В. Раца «Советники Сталина в Испании (1936–1939)» (СПб.: Издательство «Русь», 2022).

В некоторых художественных произведениях героями становились испанские дети-беженцы, нашедшие в СССР вторую родину. И так получилось, что сразу два ленинградских поэта не просто написали стихи на эту тему, а посвятили их одной испанской девушке, привезённой в СССР подростком, погибшей на войне в 1942 году – Анхилите (или Анхелите) Борехо. Герман Гоппе написал поэму «Анхилита», а Лариса Никольская – стихотворение с таким же названием (только имя чуть изменено – «Анхелита»).

В 1931 году, после падения монархии, Испания стала республикой. Обстановка в стране была тревожной. В 1936 году победу на выборах одержал «Народный фронт», объединявший социалистов, коммунистов, анархистов и левых либералов. Среди консерваторов «красная угроза» вызвала тревогу и возмущение. В июле 1936 году против республиканского правительства выступила группа военных во главе с генералом Франсиско Франко (1892–1975). Попытка мятежа вылилась в кровопролитную гражданскую войну, продолжавшуюся 3 года. Весной 1939 года республиканцы потерпели поражение, а каудильо («вождь», «предводитель») Франко на несколько десятилетий сделался диктатором страны.

Другие государства формально не участвовали в военных действиях, но, по сути, это было международное противоборство. На стороне «Народного фронта» воевали интернациональные бригады – вооружённые подразделения, состоявшие из иностранных добровольцев-антифашистов. Германия и Италия поддержали мятежников.

Советский Союз выступил в защиту республиканцев. В Испанию направлялись материально-техническая помощь, военные специалисты, в обратную сторону плыли корабли с беженцами.

Военные действия, бомбардировки, политический террор вызвали массовую эмиграцию гражданского населения. Значительную часть беженцев составляли дети, чьи родные погибли или сражались на фронте. Их принимали во Франции, Бельгии, Великобритании... Но с особым воодушевлением испанских ребят (в основном, это были дети коммунистов) встречали в СССР. Советские люди видели в Испании символ антифашистского сопротивления, восхищались мужеством республиканцев, радовались, когда замечали со стороны испанцев ответное восхищение и благодарность. Так, в 1937 году советские газеты обошла фотография двухлетнего малыша по фамилии Вега, которому родители дали необычное имя Ленин.

В Советском Союзе многие семьи выражали готовность принять испанских детей. Однако правительство решило создать специальные детские дома, где ребята могли бы учиться и общаться на родном языке.

Несколько лет спустя повзрослевшие испанские дети сражались на фронтах Великой Отечественной войны. Многие из них за свои подвиги были награждены орденами и медалями, а Рубен Ибаррури (1920–1942), сын главы коммунистической партии Испании Долорес Ибаррури, посмертно получил звание героя Советского Союза.

Среди погибших юных испанцев была Анхилита Борехо. Ленинградский поэт-фронтовик Герман Борисович Гоппе (1926–1999) познакомился с этой девушкой в конце 1930-х годов. Анхилита стала его первой любовью, короткой, радостной и трагической. Их счастье оборвала война, но память об испанской девушке, её фотографию Герман Гоппе хранил всю жизнь. Сам же он, подделав свидетельство о рождении, воевал на Ленинградском и 1-м Прибалтийском фронтах, в 1944 году был тяжело ранен, награждён орденом Красного Знамени и орденом Отечественной войны I-й степени. Поэма «Анхилита» стала первой книгой Германа Гоппе (Л.: Государственное издательство детской литературы, 1961).

В этой поэме судьба девушки представлена серией ярких эпизодов – от раннего детства до последних дней жизни. Видимо, некоторые истории автор пересказал со слов самой Анхилиты.

…Испания. Конец 1920-х или начало 1930-х годов. В бедной лачуге умирает от болезни маленькая девочка и просит родителей дать ей игрушку. Но в доме нет игрушек, нет ни лекарств, ни денег на врача. И тогда отчаявшийся отец лепит из глины маленького слоника и отдаёт дочери:

Пусть говорят,

              что чудо только в сказках,

Но в глину столько он вложил тепла,

Упрямой веры,

              бесконечной ласки,

Что смерть

войти в лачугу не смогла.

Анхилита выжила, а самодельный слоник стал её талисманом и игрушкой младшего брата Руфино. Через несколько лет в Испании началась гражданская война. Из порта Бильбао, который отчаянно пытались удержать республиканцы, отплывал советский теплоход с беженцами. И вдруг моряки увидели, как «По набережной девочка бежала / И за собой тащила малыша». Капитан немедленно отдал распоряжение спустить шлюпку. Ребят забрали на теплоход, но 5-летний Руфино погиб под обстрелом.

Теплоход прибыл в Ленинград, где испанцев встречали толпы горожан – и среди них двое мальчишек, влюблённых в Испанию, следивших по газетам за событиями, наизусть знавших названия испанских городов. Они специально приехали в порт встречать испанских детей и вдвоём наскребли немного денег на красивый букет:

Худенькой девочке в платье цветном

Я сунул неловко цветы.

Она улыбнулась печальным ртом,

По-русски сказала: «Ты» –

И дальше по-своему что-то ещё,

Где ясным было лишь «друг».

А я, как девчонка, стоял смущён

От стольких улыбок вокруг.

Случайная встреча стала судьбоносной для обоих подростков. Но только через 2–3 года герою поэмы удалось с помощью друга разыскать испанский детдом, где жила Анхилита. Дружба с юными испанцами, первое сильное чувство, первые встречи… В начале войны юноша уходит добровольцем, и на прощание Анхилита дарит ему свой талисман – глиняного слоника. Через год война приблизилась к Волге, к эвакуированному детскому дому, где Анхилита работала вожатой. Девушка становится санитаркой в медсанбате. Умирая в госпитале после тяжёлого ранения, она просит найти слоника – в надежде, что снова, как в детстве, «смерть уйдёт в сторонку»…

Самодельный слонёнок и фотография девушки – это всё, что осталось от первой любви. Но память об Анхилите, о погибших друзьях юности помогала герою поэмы всю дальнейшую жизнь сохранять при любых обстоятельствах честность и душевные силы:

Ты честен ли сегодня перед ними?

Случалось ли сходить тебе с пути

И разминуться с вихрями крутыми,

И где-то в жизни правду обойти?

Души твоей напряжены ли струны,

Как в дни разлук, свиданий и боёв?

Не отвечай.

Пускай ответит юность,

Вглядевшись в продолжение своё.

Илл.: Автограф Г. Гоппе

И всё же Герман Гоппе был не первым, кто рассказал в стихах об Анхилите Борехо. Упомянутую книгу, подаренную Ларисе Никольской, он подписал: «Ларисе – первой воспевательнице Анхелиты…». Поэтесса не знала девушку лично, но была растрогана, узнав о её судьбе, о бережном сохранении её памяти.

В отличие от фронтовика Г. Б. Гоппе, Лариса Антоновна Никольская (1935–1992) принадлежала к более молодому поколению. Как практически у всех «детей войны», память о том времени осталась у неё пожизненной болью. О войне и её последствиях написаны лучшие стихи поэтессы: «Баллада погибшего сына», «Баллада о безымянных могилах», «Мать», «Песни войны», «Памяти матроса Евгения Никонова»… Стихотворение «Анхелита» было написано, видимо, в конце 1950-х годов и вошло в первый поэтический сборник Ларисы Никольской «Зарницы» (Л.: Лениздат, 1964). И здесь описана уже послевоенная история. Возлюбленный Анхелиты женился, в семье растёт сын. Но в доме на видном месте остаётся портрет погибшей девушки. Ежедневно жена вытирает с фотографии пыль. И в этом проявляется не только внутренняя деликатность, уважение к чувству близкого человека, но и благодарность испанской девушке, отдавшей жизнь «за Москву, за Россию», за то, чтобы люди жили мирно и счастливо.

Лариса НИКОЛЬСКАЯ

Анхелита

Светлой памяти Анхелиты Борехо, погибшей на Волге в 1942 году

Был осенним багрянцем,

Как лентой, весь город обвит.

На дорожки в саду

Наплывала вечерняя дрёма.

Ты рассказывал мне

О мальчишеской первой любви,

О красивой девчонке

Из испанского детского дома.

Фотография.

Ветры цветастый подол теребят,

Тёмно-русые прядки волос её

Непокрытых...

Веря только тебе

И влюблённая только в тебя,

Словно юность твоя,

Улыбаясь, глядит Анхелита.

Сколько радости в ней,

Молодых, неистраченных сил!

По дорогам войны

(Это знала она иль не знала?)

Эту карточку ты

В комсомольском билете носил,

И она тебе

Сердце улыбкой своей согревала.

Вот она и сейчас

На тебя, улыбаясь, глядит,

Но тебе неизвестно

Названье того полустанка,

Где,

В последнем бреду вспоминая далёкий Мадрид,

За Москву, за Россию

В бою умирала испанка...

… Вечер смотрится в стёкла.

В квартире твоей тишина.

Возле детской кроватки

Шнурки протянули сапожки.

У окна

Над дипломным проектом склонилась жена,

И, ломая игрушку,

Пыхтит годовалый Серёжка.

С разрисованных ходиков

Падают капли минут.

Тесновато,

Но всё же живется легко и открыто,

И на ваш небогатый,

Но мирный семейный уют

Сквозь тревоги годов,

Улыбаясь, глядит Анхелита.

Умирая над Волгой,

В задымленном сорок втором,

Как хотела она,

Истекавшим секундам не веря,

Чтобы

Смертью её у врага отвоёванный дом

Всё равно для любви

Распахнул бы закрытые двери,

Чтобы сын твой,

Родившийся в памятный день февраля,

Синеглазый мальчишка,

Смышлёный и очень бедовый,

Никогда не услышал,

Как стонет от взрывов земля,

Никогда не увидел,

Как плачут над мёртвыми вдовы.

… Есть на свете

Короткое слово – война.

Вышла девушка в бой,

Чтобы было оно позабыто.

По утрам

С фотографии пыль вытирает жена.

На бессмертную жизнь,

Улыбаясь, глядит Анхелита.