Марина КОТОВА. Над Волгою светятся горы

На фото: Марина Котова выступает в Московском доме национальностей на круглом столе «Утверждающий братство. Валентин Сорокин – поэт народного единства». 25 июля 2026 года

От редакции. Поздравляем с юбилейным днём рождения нашего давнего автора, поэта Марину Котову!

Марина Ананьевна Котова родилась в г. Дзержинске Горьковской (ныне Нижегородской) области. После учёбы на филологическом факультете Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского преподавала русский язык в средней школе, работала корреспондентом, библиотекарем.

Член Союза писателей России с 1999 г. В 2001 году окончила Высшие литературные курсы при Литературном институте им. А.М. Горького. Работала редактором издательства «Астрель».

Лауреат Всероссийской премии «Традиция», Всероссийской литературной православной премии им. св. блг. кн. Ал. Невского, Тютчевского литературного конкурса «Мыслящий тростник» (вторая премия), лауреат премий журналов «Москва», «Байкал», «Наш современник», дипломант Всероссийской литературной премии имени Н.С. Лескова «Очарованный странник».

Уважаемая Марина! Спасибо Вам за Ваше честное, выстраданное поэтическое слово! Здоровья, помощи Божией и новых читателей на Вашем творческом пути!

* * *

Луга веют мёдом и тмином,

лимоном и горькой корой,

и чем-то печальным, старинным,

как пахнут развалины в зной.

Какие-то тёмные были,

чей отзвук ещё не утих,

как грудью крестьянки кормили

щенков драгоценных борзых,

как слепли при жёлтой лучине,

как жаждали люди земли,

как пели о горе-кручине;

как голых и нищих секли.

Над Волгою светятся горы,

а травы — уйти и пропасть.

Какие земные просторы,

какая ничтожная власть!

Плывёт, поражая величьем,

кроваво сверкающий шар —

подавленных бунтов мужичьих

и будущих бунтов пожар.

* * *

Вот и доверилась, вот и открылась,

белой росой одевается сад,

тянет с реки тёмной свежестью, илом,

вскрикнула птица в кустах невпопад.

Смутное чувство неясной утраты,

звон комаров отдаётся в висках.

В узком кувшине засохшая мята,

мёртвые осы в сухих лепестках.

Ёж вышел к самой террасе из кущи,

через сверкающий лес напролом.

Сумерки пахнут всё громче, всё гуще

жиром с углей, кисловатым вином.

* * *

Я прежде управлять умела снами.

И был один. В нём свет глаза слепил.

По небу, жёлтый разливая пламень,

Садилось солнце в выжженной степи.

И сквозь лучей сверкающие спицы

Дорогою, что ветер проторил,

В ночь огненные мчали кобылицы

И поднимали огненную пыль.

Но стоило в бескрайнем диком поле

Мне путь наметить мысленно другой,

Табун, подвластный человечьей воле,

Вмиг выгибался огненной дугой.

Теперь прошу у Бога вдохновенья:

Одною мыслью, трепетом ресниц

Дай мне направить ход стихотворенья,

Как красный бег огнистых кобылиц.

25 марта 2010

* * *

Ты — это счастье идти под апрельским дождём,

мир, обновлённый живым серебром, созерцая,

зная: он птицами только что чудом рождён,

чьи голоса в голых ветках прозрачно мерцают.

Ты — это страх, что царапает сердце иглой,

демоны улиц влюблённого в ночь Вавилона,

ты — древний шёпот и красный горячий прибой,

тёмная жажда, которой не быть утолённой.

Ты — это рана, что знающим тотчас видна,

мёртвыми звёздами полные чёрные дали,

ты — это терпкая горечь густого вина,

что не целит, но забвенье короткое дарит.

Ты — это свет над громадной равнинной рекой,

ил золотой уносящей к пустынным границам.

Ты — пресыщенье чужою прекрасной строкой,

окаменевшей забытым цветком на странице.

Ты — это дух, стерегущий порушенный храм,

ты — это слёзы засохшего дивного древа,

ты — это желчь, что Христу подносили к устам,

лотосы Будды и белые лилии Девы.

Я возрождаюсь с тобою опять и опять

веткой весенней, любовницей — пленницей комнат.

Я умираю сегодня, чтоб музыкой стать,

чтобы тебя до краёв, будто чашу, наполнить.