Moloko

«Литинститут в 1998-м году. Заочное отделение. На лекции по истории русской критики за длинным столом сидят вместе: журналист столичной газеты, инженер-компьютерщик из Уфы, официантка из Санкт-Петербурга, грузчик из Калуги, учительница из Луганска, еще один журналист-провинциал (в недавнем прошлом - боец скота). Лектор трагически рассказывает, как критика Надеждина сослали в Усть-Сысольск... Всё это кажется игрой в литературу - и эти лекции, и Литинститут, и далекие коллеги «по цеху», пострадавшие за убеждения. Третий курс - подавляющее большинство студентов уже ничего не пишет, не пробует даже двинуться со своими рукописями в толстые журналы. На дворе 1998-й - никакая литература никому не нужна, только и разговоров о деньгах, рыночной экономике, вхождении в «западную семью»... «Ребята, а давайте свой журнал будем выпускать!» - такая идея могла родиться только от отчаяния...
На курсе уже выходил один журнал - «Алконост». В нем в основном была представлена поэзия последователей «чистого искусства». Лидия Сычева, главный редактор «МОЛОКА» рассказывает: «Но мы-то знали, что искусство - это жизнь, а не туманные абстракции. Мы все - и по своему происхождению, и по профессиям, и по тому, как пришли в литературу - были людьми слишком земными. И потому журнал свой решили сразу же, с первого номера, делать серьезно и для жизни. Мы назвали его «МОЛОКО» («Молодое око»), добавив очень важный для всех нас подзаголовок «Русский литературный журнал».

 

Вниманию авторов! С 2000 года «МОЛОКО» выходит только в интернете. Гонорар не выплачивается, публикации не удаляются, даже если автор «передумал». Журнал включён в РИНЦ и является цитируемым изданием.

Уважаемые авторы, убедительная просьба направлять рукописи по отделам:

Отдел прозы, драматургия:  Наталья АЛЕКСЮТИНА - vitamargarita@yandex.ru , Ирина ШЕЙКО - irishkasheiko@gmail.com, Юрий ГОРЮХИН - goryuhin@rambler.ru

Отдел литературоведения и публицистика: Виктор БОЧЕНКОВ - заместитель главного редактора - lsmoloko@yandex.ru

Отдел поэзии: Олег МАЛИНИН - oleg.malinin@gmail.com

Отдел критики: Елена ПУСТОВОЙТОВА - serg-max2@yandex.ru

Отдел публицистики: Александр АНДРЮШКИН - ocser@ya.ru

 

Журнал Молодое око

Алла БЕЛЬЧЕНКО. Лицо.

Есть в нынешней отеческой словесности любопытное явление - стали поэты былины и сказки слагать. Чудно это, как если бы явилась среди нынешних модниц дева в кокошнике и сарафане расшитом - явилась не как ряженная, а взаправду, всерьез. Время-то сейчас лихое, суетное, уместна более краткость, незатейливость… ан нет! Радуют душу сказания, приятно неспешное чтение, глаз не отвести, словно то бусины игривые в старинном уборе. Видно накопилась усталость. Куда не повернись технократия, рыночные отношения, конкуренция, безликость, шоубизнес, реклама, хотите стать миллионером?..

Наталья АЛЕКСЮТИНА. Дорога, поэзия, тайна.

Поэт (речь идет о настоящем Поэте) - почти всегда судьба, магнетическим рывком приближающая к себе судьбы не то, чтобы схожие, но какие-то узнаваемые. Изнутри. И потому мне не показалось странным то обстоятельство, что молодая русская писательница Лидия Сычева написала книгу о русском поэте Валентине Сорокине («Тайна поэта»; «Танкоград», Челябинск, 2002 г.). Нерв, объединяющий два разных и в то же время берущих общий наклон пера, один. Имя ему - родина. Россия.

Петр ТКАЧЕНКО. Страсти по Радищеву.

В издательстве «Ладога-100» выходит книга Петра Ткаченко «Куда девать Екатерину?». Книга посвящена трагической истории создания и разрушения памятника Екатерине II в Екатеринодаре (Краснодаре) выдающегося скульптора Михаила Осиповича Микешина (1835-1896); автора памятника «Тысячелетие России» в Новгороде.

Ирина РЕПЬЕВА. Тайная жизнь Михаила Шолохова.

И сразу вопрос: почему «тайная жизнь»?

Добравшись до архивов компартии и КГБ, автор книги с тем же названием, писатель Валентин Осипов, был искренне изумлен обилием не тронутых журналистами и литературоведами документов Шолохова и о Шолохове.

Попробуйте себя проверить: что вам лично известно о Нобелевском лауреате Михаиле Александровиче Шолохове.

Валентин СОРОКИН. Зезий целует Зезия. Слово про Николая Воронова.

Боюсь, сдам очерк в редакцию, а мне скажут: "Ну вот, на­грузил его именами, Георгия Константиновича Жукова вставил, о Брежневе затеял разговор, к чему? Есть писатель Николай Воронов - давай о нем, давай о его творчестве!" А я про себя подумаю: "Ух, умертвители ветра, шума деревьев, стона совы, грохота гроз, вам клади на стол, под ножницы ваши только "о нем", только "о его" внешнем облике дела, а где он родился, где рос, кого любил, кто протянул ему ладонь надежды - не нужно?

Валентин СОРОКИН. Мой атаман. Слово про Григория Коновалова.

Уж если о чем тоскует русский человек, во всех поколениях, так я, скажу уверенно, - о дедах. Нету их. Ну, оглянись, ну, покрути головой - есть? Нету. Кого на Руси бьют чаще и больше всех? Дедов. Били их - на Японской, Германской, Гражданской, Финской, Польской, били их на разных границах, но особо их били, прямо убивали, - в ягодовских, бериевских, да разве упомнить, - в дзержинско-менжинских и ежовских подвалах, на Соловках, в Сибири, на Колыме, на Певеке, на Чукотке и в прочих лагерях.

Алла БОРОДИНА. Раскол сознания. О воспитывающем потенциале романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Статья 6.

Позднее, в период обострения внутренней борьбы, уже начиная понимать, что убийство совершено напрасно, но еще не раскаявшись, и только жалея, что он оказался всего лишь «тварью дрожащей», Раскольников видит четвертое сновидение. Мысли-рассуждения его перед сном говорят о том, что и в сердце, и в разуме его происходит раздирание (в христианской практике - «поселился дьявол»), все ожесточается борьба добра и зла, любви и ненависти:

Алла БОРОДИНА. Раскол сознания. О воспитывающем потенциале романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Статья 5.

Во сне Родион - ребенок лет семи. Символичен возраст: в Церкви дети до семи лет допускаются к таинству Причащения, минуя таинство Исповеди. С семи лет ребенок ответственен за свои поступки, учится анализировать, и исправлять свои грехи, с семилетнего возраста дети должны раскаиваться в прегрешениях во время Таинства Исповеди, чтобы стать Причастником Славы Господа.

Символична и дорога, извилистая и пыльная, по которой мимо большого кабака ведет Родиона отец:

Алла БОРОДИНА. Раскол сознания. О воспитывающем потенциале романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Статья 4.

Во время исповеди умирающего Мармеладова, описывая портрет Сонечки, использует «огненный» цвет. Здесь гениальный художник смог передать вызывающую яркость уличного, вульгарного, кричащего, пестрого наряда, подчеркнув всю нелепость его для данной обстановки и для самой его хозяйки - этого удивительно чистого и обреченного на позор и жертвенность существа, при этом не назвав ни одного оттенка и ни одного цвета, кроме огненного, вопиющего со шляпы кроткого созданья. Это уже символ - символ жертвенности - и венец.

Алла БОРОДИНА. Раскол сознания. О воспитывающем потенциале романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание». Статья 3.

В романе Достоевский почти не показывает небо и солнце, которые обычно ассоциируются с вечностью, духовным миром, напоминают об ином бытии и источнике света духовного. Это объясняется особенностью реалистического метода Достоевского изображать мир глазами героев, вернее, изнутри, как бы из самого сердца героев. Каморки, мрачные, обшарпанные стены, низкие потолки, постоянно грязные лестницы и улицы, бесконечные заботы и проблемы как бы не позволяют поднять глаза вверх, к небу. Вместе с тем чувствуется самоуглубленность героев, их духовное осмысление происходящего, внутренняя борьба.

Страницы